Педагогическая машина: когда место учителей займут человекоподобные роботы
«Очень плохая училка»
Летом этого года в средней школе в городе Саламанке штата Нью-Йорк должен был запуститься весьма передовой образовательный проект. В качестве ассистента учителя в классах школы должна была появиться «Салли» — оснащенный технологиями искусственного интеллекта человекоподобный робот компании Realbotix. Стоимость «Салли», как писали местные СМИ, составила $57 590. Новая учительница с латексной кожей и каштановыми волосами говорила с нью-йоркским акцентом, могла шевелить руками (нижняя часть ее тела неподвижна) и должна была работать круглосуточно и без выходных.
«Не все открыты к таким радикальным изменениям в образовании, — дальновидно говорил еще на старте проекта суперинтендант округа Марк Билер. — Когда-то люди спорили, стоит ли учителям пользоваться электронной почтой и нужен ли в школах интернет. Сейчас мы переживаем новую фазу этого развития. Реальность в том, что ИИ уже есть в школах».
Реакция общественности на эти планы была стремительной и довольно бурной. «Робот Салли должна была стать учителем в школе. Это не так дико, как кажется», — писали одни. «ИИ не может и не должен заменить учителей», — возмущались другие. Заверения организаторов проекта, что Салли и подобные ей образовательные роботы «никогда не заменят людей в роли учителей, административных сотрудников и не уничтожат важное человеческое взаимодействие», вероятно, убедили не всех.
«Это совершенно неуместно и довольно жутко», — выступили единым фронтом учителя округа, в котором должна была запуститься злополучная программа. «Это дегуманизирует профессию учителя», — заявляли они.
«Профсоюз учителей Саламанки в целом обеспокоен репутацией компании Realbotix. Нас очень волнует безопасность внедряемого ими программного обеспечения, а также то, будут ли храниться данные конфиденциально, как они вообще будут собираться и каковы возможности их записи», — заявила Лейси Пильблад, президент Ассоциации учителей Саламанки и учитель средней школы.
На новый уровень скандал вокруг Салли вышел, когда появилась информация о связи Realbotix (ранее Tokens.com) с производителем секс-кукол. В апреле 2024 года Tokens.com приобрела компанию Simulacra из Лас-Вегаса, известную своими реалистичными секс-куклами. В настоящее время Realbotix сосредоточился на производстве человекоподобных роботов для образовательных целей, а ее сестринская компания Abyss Creations продает кукол с именами типа Хармони, как «самых продвинутых в мире секс-роботов».
При этом компания Realbotix отрицает любые предположения, что куклы, производимые компанией Abyss Creations, имеют отношение к пилотной программе создания человекоподобных роботов-учителей. «Компания Realbotix LLC, наша команда по коммерческой робототехнике, сосредоточена исключительно на разработке человекоподобных систем на базе искусственного интеллекта, которые находят практическое применение в образовании, здравоохранении, гостиничном бизнесе, индустрии развлечений, обслуживании клиентов и оздоровлении», — заявил генеральный директор Realbotix Эндрю Кигель.
Однако на этом этапе масштаб негодования, вызванного предстоящим появлением механической учительницы в школе Саламанки, достиг такого уровня, что проект решили поставить на паузу. Суперинтендант Билер в итоге сказал, что он не ожидал, что город окажется мишенью для столь пристального внимания. «Мы навлекли на себя много бурной реакции, — говорит он. — Отчасти это полезно, но во всем этом много недопонимания».
Робот, зачем ты здесь?
Однако победа «человеческих» учителей над заподозренной в сомнительном родстве Салли в штате Нью-Йорк еще не означает, что роботов теперь не допустят в школьные классы. Рынок постепенно формируется: на март 2027 года запланирована новая международная конференция ACM/IEEE (Ассоциация вычислительной техники и Институт инженеров электротехники и электроники) по взаимодействию человека и робота HRI 2027. Эти организации регулярно публикуют научные работы, посвященные плюсам социального взаимодействия роботов со школьниками, а также исследуют этические проблемы таких инновационных решений.
В официальном пресс-релизе Realbotix о внедрении человекоподобного робота-учителя в американской школе говорилось, что задача проекта — выйти за рамки лабораторных демонстраций и начать обкатывать искусственный интеллект в школьных классах. Подчеркивалась в том числе значимость использования этих технологий для STEM-образования (образования в сфере науки, технологии, инженерии и математики). Помимо стремления быть на передовой линии новых технологий, у внедрения роботов в школы можно найти и другие плюсы.
Виталий Нижников, аналитик провайдера услуг по IT-аутсорсингу Selecty, считает, что самое понятное применение роботов и ИИ в образовании ― в предварительной проверке домашних и контрольных работ. «Например, класс написал контрольную: робот мог бы найти предполагаемые ошибки, сгруппировать работы по темам, которые вызвали затруднения, и подготовить комментарии для живого учителя, — говорит он и добавляет, — правда, для этого достаточно просто предобученной ИИ-модели, а не полноценного робота стоимостью в миллионы».
При этом не стоит забывать и о технических рисках, связанных с движением, устойчивостью и аккумулятором, предостерегает Нижников. «Для школьного робота я бы назвал обязательными ограничение скорости и силы движений, защиту от столкновений, перегрева. Все эти системы непрерывно должен кто-то обслуживать. И даже если робот-учитель будет снабжен всем перечисленным, оставлять его с детьми допустимо только в присутствии живого взрослого человека, у которого есть быстрый доступ к аварийному отключению машины», ― комментирует эксперт.
Кроме того, обеспокоенность вызывают вопросы приватности данных. Проблемы с утечками чувствительной информации о детях уже возникали при использовании менее шокирующих технологий, чем человекоподобные роботы с искусственным интеллектом. Профсоюз учителей Саламанки также обращал на это внимание.
Роботы атакуют
Человекоподобный робот-учитель в 2026 году ― это не такая уж сенсация в масштабах планеты. Еще в 2024 году в Индии в одной из школ штата Керала появилась учительница с искусственным интеллектом, Iris (Айрис). Робот, созданный компанией Maker Labs на основе генеративного ИИ, по мнению разработчиков, призван расширить границы возможного в сфере образования и подходит для всех классов — от начальной до средней школы.
Индийское издание Hindustan Times писало, что учеников настолько впечатлила ИИ-учительница, что на ее занятиях не было ни одного прогула. Айрис выглядит как манекен, одетый в традиционный наряд сари, и передвигается по классу на колесах.
Опасения индийских педагогов по поводу последствий для приватной информации, эмоционального интеллекта детей и рабочих мест, вероятно, оказались не такими бурными, как у их коллег в США, и с тех пор еще в нескольких индийских штатах появились учителя на колесиках. В августе 2026 года разработанная в Индии Айрис отправилась уже в Южную Африку, где ее адаптировали под местные особенности и обучили всем 11 языкам страны, включая зулу, коса и африкаанс. Опасения по поводу безопасности данных вновь звучали, но до полной приостановки проекта дело не дошло. Более того, в южноафриканском Дурбане уже запустили строительство завода по производству роботов-учителей.
В Японии SoftBank Group еще в апреле 2017 года запустила программу социальной поддержки с участием человекоподобного робота Pepper для использования в программах обучения программированию и основам логического мышления. Китай активно внедряет в образовательный процесс виртуальных педагогов, причем работа ведется на уровне государственных проектов — страна не хочет отстать в мировой технологической гонке и работает на опережение.
Весной 2026 года The New York Times опубликовал репортаж с кадрами первой леди США Мелании Трамп, которая появилась в Белом доме вместе с Figure 3, человекоподобным роботом с искусственным интеллектом, который, по словам производителя, может использоваться для того, чтобы приносить полотенца, продукты и подавать шампанское. Но Мелания Трамп представила его как будущее образовательной системы. Первая леди рассказала, как в ближайшем будущем учитель-гуманоид сможет обучать школьников и студентов классическим дисциплинам, математике и другим предметам, обеспечивая всем учащимся персонализированное обучение.
По словам партнера «Лиги цифровой экономики» Александра Сычева, основные бенефициары на этом рынке сегодня — производители «железа»: поставщики чипов, модулей памяти и сенсоров. Именно компоненты задают значительную часть стоимости робота, и спрос на них растет вне зависимости от того, насколько быстро технология приживается в школах мира. Второй эшелон — ЦОДы для обучения и развертывания ИИ-моделей, поскольку использование подобных решений требует серьезных вычислительных мощностей.
Екатерина Маркелова, совладелец и управляющий партнер сети школ и детских садов Discovery, считает, что экономическая логика желания внедрить в образовательные учреждения роботов очень понятна: «Учитель — один из самых дорогих и одновременно самых дефицитных ресурсов системы образования. У него есть рабочий день, отпуск, больничные, ограниченное количество часов и физический предел внимания. Робот потенциально может работать круглосуточно, одновременно взаимодействовать с большим количеством учеников, бесконечно повторять один и тот же материал и не требовать повышения зарплаты».
По мнению Маркеловой, для бизнеса создание роботов-учителей выглядит весьма привлекательно. Один технологический продукт можно масштабировать на тысячи школ и миллионы пользователей. Вместо того, чтобы постоянно расширять штат педагогов, система получает цифрового помощника, который можно обновлять программно. А человекоподобная оболочка делает технологию психологически понятнее для ребенка: перед ним уже не приложение на экране, а «персонаж», который разговаривает, двигается и реагирует. Однако снижение стоимости образовательного процесса и повышение его качества — далеко не одно и то же, предостерегает эксперт.
Бездушная машина или идеальный наставник
Согласно исследованию китайских ученых 2026 года, эксперимент применения робота-наставника для обучения детей с расстройством аутического спектра (РАС) показал, что он позволяет получить заметно улучшенные результаты по сравнению с учащимися в обычных классах. Роботы значительно повышают концентрацию внимания и вовлеченность в учебный процесс у учащихся с РАС, потенциально улучшая успеваемость и способствуя развитию социальных навыков.
Дмитрий Аббакумов, академический директор онлайн-школы «Фоксфорд», уверен, что есть как минимум два больших плюса внедрения в образовательный процесс роботов-учителей.
- У робота на базе ИИ есть практически неограниченное число сценариев персонализации подачи контента — то, что физически недоступно педагогу на класс.
- Возможно скорректировать работу с детьми с особыми образовательными потребностями.
«Уже практикуется обучение детей с нарушениями слуха или зрения через встроенные ассистивные технологии: от дисплея Брайля до синтеза и распознавания речи. Здесь потенциал у робота действительно выше, чем у среднего школьного кабинета без специализированного оснащения», ― говорит Аббакумов.
Исследование Чикагского университета показало, что социальные роботы могут помочь студентам снизить стресс при чтении вслух, указывая на новые возможности применения технологий в классе. «Детям, похоже, комфортнее совершать ошибки перед роботом, чем перед взрослым человеком», — говорит один из соавторов исследования доцент Чикагского университета Сарой Себо. — Дети могут учиться с помощью роботов уникальным и потенциально полезным способом — без тревоги. Вместо того, чтобы беспокоиться о совершении ошибки перед человеком, дети могли бы сосредоточить больше своих умственных ресурсов на изучении материала».
Вербальные отзывы детей отражали эти физиологические показатели. Один ребенок, принимавший участие в эксперименте с роботом-учителем, заметил: «С роботом было меньше стресса... С ним проще, потому что ты не испытываешь страх осуждения, ведь у роботов нет чувств». «Даже когда я совершал ошибку, я знал, что робот не может на меня злиться», — сказал другой. «Роботы занимают очень полезную нишу — они достаточно социальны, чтобы давать нам обратную связь, но не настолько, чтобы мы боялись осуждения», ― считает аспирантка Чикагского университета Лорен Райт.
The New York Times предложила читателям высказать свое отношение к роботам в роли учителей. Мнения разделились. Кто-то настроен оптимистично, а кто-то видит в таких переменах угрозу нормальному человеческому общению и образованию в целом. Кендалл М. пишет: «До выпуска мне осталось два года, и я боюсь представить мир, в котором учителей заменят роботы. Когда я по пути в школу здороваюсь с кем-то и узнаю, как прошли их выходные, учеба кажется не такой напряженной. Именно эти настоящие человеческие связи помогают развивать наши социальные и коммуникативные навыки по мере взросления. Кроме того, чтобы получить диплом, учителям приходится учиться много лет. Они чрезвычайно компетентны, опытны и увлечены своим делом. Роботы несравнимы с нашими преподавателями, нам очень повезло, что они у нас есть». Ханнес комментирует: «На мой взгляд, роботы должны помогать учителям, а не заменять их, и могут быть полезным инструментом в образовании». «Искусственный интеллект — это то, чем все дети пользуются, так что я считаю, что учитель-робот с искусственным интеллектом может взять на себя все функции учителя, потому что у ИИ есть доступ к бесконечным знаниям», — пишет пользователь JadalyseS.
По мнению Ольги Кулешовой, клинического психолога, преподавателя психологии Московской театральной школы Олега Табакова, робот никогда не сможет заменить учителя на 100%: «Необходимо наличие эмоционального интеллекта, которого у робота нет. На текущем этапе развития технологий ИИ может только имитировать сопереживание, одобрение и другие чувства. Робот-педагог не может давать полноценного воспитания. Он способен присматривать, охранять, контролировать, но не более. Робот-учитель может быть полезен для контроля отработки каких-то базовых моментов (в спорте, например). Но в дисциплинах, в которых затрагиваются тонкие душевные ноты (актерское мастерство, музыка, художественные направления), робот будет практически бесполезен».
Согласно метаанализу Frontiers Media, проведенному на базе 146 исследований социальных роботов, в среднем совместная работа робота и преподавателя дает положительный результат, а полная замена преподавателя роботом преимуществ не показывает. При этом качество и условия исследований различались, а оценивались прежде всего результаты выполнения учебных заданий.
Дмитрий Аббакумов из «Фоксфорда» считает, что обучение работает, когда ребенок проявляет самостоятельность и имеет возможность выбирать, обращаться за помощью и включен в социальное взаимодействие. По его мнению, ИИ может усиливать эти условия — прежде всего за счет бесконечных возможностей персонализации.
По мнению Екатерины Маркеловой, можно запрограммировать робота быть вежливым, научить распознавать интонацию, выражение лица и определенные эмоциональные реакции, создать сценарии поддержки ребенка. Но эмпатия — это не набор правильных реплик. Воспитание возникает внутри отношений между людьми. Поэтому полная замена учителя роботом выглядит скорее экономической фантазией, чем педагогическим прорывом. А вот частичная замена функций учителя — вполне реальный сценарий.
Учить в России
По итогам недавнего исследования ВЦИОМ, профессия учителя лидирует в рейтинге «вечных» и наиболее востребованных в ближайшем будущем профессий. В ходе опроса 2025 года шесть из десяти россиян также отметили, что ни чат-боты, ни нейросети не смогут заменить учителя.
Безопасный выбор: профессии, которым не грозит конкуренция со стороны ИИ
Александр Сычев считает, что роботы-учителя в любом случае не подходят для массового школьного образования. «Всем, кто верит в них, стоит задуматься: готовы ли они отдать своего ребенка в класс, где вместо заботливого педагога работает машина за 1,5 млн рублей, созданная на базе зарубежного ИИ, без правовой рамки и с риском возгорания? — спрашивает он. — Это узкоспециализированный продукт для мастер-классов, хобби-клубов и корпоративного обучения взрослых, где важна вовлеченность и новизна опыта. С точки зрения технологий это возможно (хотя и сомнительно экономически), но для практической реализации нет необходимого законодательства. И главное — нет задач, которые робот решал бы лучше, чем живой учитель в паре с ИИ-ассистентом».
«Подобные роботы сегодня работают только на китайских и американских ИИ-моделях, — говорит Сычев. — Даже российские технологические гиганты пока используют зарубежные решения, собственная индустрия только складывается. Допустить иностранные модели в образование означает позволить им влиять на мировоззрение школьников. Для государства это стратегический вопрос, который выходит за пределы экономики. Робота можно взломать, загрузить деструктивный контент и таким образом негативно повлиять на детей. Это не паранойя, а реальные сценарии, которые требуют скоординированной работы Минпросвещения, Минпромторга, Роспотребнадзора и силовых ведомств. Без межведомственного регулирования запуск невозможен, а разработка соответствующего законодательства может занять годы».
Кроме того, напоминает он, есть и другие риски: «Кто будет нести ответственность, если робот каким-либо образом навредит ребенку? Аналогичные обстоятельства задерживают массовый запуск роботакси: кого считать виноватым в аварии — производителя, владельца или алгоритм? С роботами-учителями все еще сложнее».
Доктор педагогических наук Аббакумов считает, что есть несколько аспектов, которые часто опускают в ходе дискуссий о заменяемости учителя технологиями.
- Роль помогающего взрослого рядом. В детском возрасте особенно важно, чтобы рядом был живой взрослый, к которому можно обратиться, который поддержит и даст совет. Через такое повседневное общение ребенок постепенно перенимает ценности, границы, модели реагирования на различные жизненные ситуации — во многом просто наблюдая за тем, как ведет себя близкий человек или наставник.
- Спонтанность и живой отклик в моменте. Учитель может мягко подстроиться под настроение класса в конкретную минуту — изменить тон, темп или ход урока.
- Человеческая ответственность за решения. За педагогическими решениями часто стоит не только методика, но и человек, который взвешивает последствия для конкретного ребенка и берет на себя ответственность, — пока это остается за пределами возможностей алгоритмов.
Аббакумов уверен, что успех технологических решений будет зависеть от того, насколько физическая форма (робот, приложение, умная колонка, ИИ-ассистент) реально может закрыть запрос пользователя — ребенка, родителя или учителя. «Сам по себе робот с колесами и лицом не создаст педагогической ценности — она должна быть заложена в архитектуре IT-разработки, — считает он. — Логичнее ожидать не столько распространение конкретно роботов-учителей, сколько более глубокое проникновение ИИ-инструментов в образование в целом. В таком случае роботы — это лишь один из возможных, довольно дорогих и пока нишевых форматов».
Robo sapiens: какие человекоподобные роботы уже есть среди нас
Комментариев нет:
Отправить комментарий