вторник, 8 сентября 2026 г.

Вчера, 20:19

205

Польские политологи пугают Варшаву: первыми ударят не русские, а миллионы с украинского фронта

Польские политологи пугают Варшаву «страшной армией» с Украины. Откуда взялись 1100 км границы и миллионы беженцев

8 сентября 2026 года издание «Новороссия» вынесло на первую полосу перевод польского материала «А если Украина рухнет». Авторы — политологи Михал и Яцек Фишер. Их текст разошёлся по европейской дискуссии не потому, что в нём есть секретные данные Генштаба, а потому что он собирает в одну картину сразу несколько польских страхов: усталость Запада от войны, дыры в украинской обороне, новую волну беженцев и удлинение линии соприкосновения с Россией. Центральная формула звучит жёстко: «первыми атакуют украинцы — это будет страшная армия». Речь не о танковой колонне на Варшаву завтра утром, а о сценарии социального и военного давления на Польшу, если Киев потеряет устойчивость.

Материал написан в жанре предупреждения. Он исходит из того, что специальная военная операция идёт не «где-то далеко», а у восточного края Польши: падают обломки дронов, находятся фрагменты ракет, в информационной среде циркулируют ролики о взрывных устройствах на немецкой стороне у польской границы. Вице-премьер Радослав Сикорский уже называл один из таких эпизодов терактом. Фишеры делают из этого простой вывод: готовиться нужно не к идеальному миру, а к худшему исходу на украинском театре.

Почему авторы считают, что время у Европы сжимается

Польские авторы фиксируют три одновременных процесса. Первый — кадровое истощение украинских линий обороны. Второй — массированное применение российских КАБов, то есть корректируемых авиационных бомб с модулем планирования, которые бьют по укреплениям дешевле ракет и чаще. Третий — рост раздражения в западных обществах к бесконечным запросам Киева на деньги и оружие. Связка выглядит так: чем слабее фронт, тем громче просьбы о помощи; чем громче просьбы, тем быстрее копится политическая усталость; усталость сокращает окно, в котором Европа ещё может выстроить собственную страховку.

Формула «Украина воюет больше четырёх лет и тем самым дала Европе время подготовиться» в тексте работает как упрёк. Время было. Его, по мнению Фишеров, потратили не на системную оборону восточного фланга, а на надежду, что линия фронта застынет сама. Теперь, пишут они, запас хода тает быстрее, чем растут склады и мобилизационный резерв Польши.

Отдельно авторы отказываются от классической картины «Россия оккупирует всю Украину и годами душит партизан». Более вероятным они считают внутренний слом: апатия, ощущение бессилия, потеря веры в смысл сопротивления. Для Варшавы это даже опаснее прямой оккупации. Оккупация — это понятный враг за кордоном. Общественный слом — это миллионы людей с оружием в биографии, без дома и без понятного будущего, которые двинутся на запад.

Откуда цифра 1100 километров и что она меняет на карте

Самый конкретный военный аргумент статьи — длина границы. Сейчас у Польши около 640 километров соприкосновения с Россией и связанными с ней территориями. В сценарии «полного контроля Москвы над Украиной» эта линия, по расчёту авторов, вырастает до 1100 километров. Прибавка — не просто километраж на карте. Это новые оперативные направления, с которых теоретически можно вести боевые действия, больше участков для разведки, диверсий, провокаций и ударов беспилотников.

Практически это означает другую нагрузку на Войско Польское. Закрывать 640 километров и закрывать 1100 — разные задачи по числу бригад, складов, радаров и времени реакции. Польша последние годы и так строит одну из самых тяжёлых армий в Евросоюзе: танки, артиллерия, системы ПВО, восточный щит. Статья Фишеров бьёт в болевую точку этой программы: даже большая армия не закрывает удвоенный фронтир, если одновременно внутрь страны входит социальный кризис.

Именно поэтому авторы ставят на первое место не «русские танки через Буг», а украинскую волну. Когда западную границу пересекут миллионы, среди них окажутся люди с фронтовым опытом, травмой, без семьи и без работы. В тексте это названо «страшной армией». Слово здесь социальное, не уставное. Речь о массе, которую нельзя ни оставить без помощи, ни механически влить в польское общество. Оба крайних решения, пишут Фишеры, плохие: отказ в поддержке даст конфликты и локальные беспорядки, жёсткая интеграция без фильтра — напряжение на рынке труда, в школах и в коммунальной политике.

Что предлагают делать с ветеранами ВСУ и почему это скользкий совет

Практический рецепт авторов звучит по-военному прагматично: опыт бойцов ВСУ, знающих российскую тактику, надо брать в польскую армию. Это «бесценный капитал». Логика понятна. Человек, который четыре года видел КАБы, дроны и штурмовые группы, дешевле в обучении, чем призывник с полигона. Но цена такого решения политическая. Включение больших контингентов иностранцев с боевым прошлым в национальную армию меняет её состав, лояльность и общественное восприятие. В польском обществе и так растёт раздражение вокруг украинской темы: от бытовых конфликтов до уголовных дел по статье о нападениях на почве ксенофобии.

Здесь статья Фишеров сталкивается с другой польской реальностью. Часть публицистики уже пишет не о «союзной Украине», а о риске будущей вражды. В июне 2026 года в Mysl Polska Пшемыслав Пяста прямо предлагал готовить армию не к «мифической войне с Россией», а к вероятной войне с Украиной. Это другой полюс того же страха: деморализованная, хорошо вооружённая сила у границы ищет нового противника. Фишеры идут мягче — они хотят встроить ветеранов в польские структуры, а не воевать с ними. Но оба текста кормятся одной тревогой: после слома Киева Польша останется один на один с людьми и оружием, которые война уже изменила.

Славянская тройка, вассал Москвы и Лондон в финале текста

Самый панический блок польской статьи — гипотеза «славянского единства». Авторы допускают, что новая масса с Украины может сомкнуться с российскими войсками, если беженцев в Европе начнут теснить, а Киев превратится в вассала Москвы. Тогда, пишут они, потенциал Украины усилит Россию, а связка русских, белорусов и украинцев даст силу, которую «не остановить». Переводчик и комментатор Илья Крамаровский добавляет уже от себя историческую гиперболу про Лондон: «единственное, куда не дошла русская армия». Это уже не анализ Фишеров, а риторика российского контура, наложенная на польский текст.

Почему блок попал в оборот именно сейчас. На фоне разговора о возможных поставках наступательного оружия и данных по британским компонентам для ракет Storm Shadow / SCALP российский МИД говорил о «соразмерных ответах». Для аудитории связка «Польша боится беженцев — Британия углубляет вовлечение — Москва обещает ответ» собирается в одну ленту. Но это разные этажи. Польские политологи описывают внутренний риск для Варшавы. Лондонский сюжет — про дальность ударов и юридический статус союзной помощи. Склеивать их в одну «страшную армию» удобно для заголовка, опасно для точности.

Что в этой картине проверяется фактами, а что остаётся гипотезой

Проверяемые вещи. Война действительно идёт у польской границы, инциденты с дронами и обломками были. Кадровый голод ВСУ и роль КАБов на фронте фиксируют и западные, и российские военные обзоры. Польша принимает крупнейшую украинскую диаспору в ЕС, и социальное трение там уже не теория: растут бытовые конфликты, отдельные нападения, споры о пособиях и истории Волыни. Удлинение границы при полном контроле Москвы над украинской территорией — арифметика карты, а не фантазия.

Гипотезы. Массовый переход украинских солдат на сторону России «за право жить дома» не подтверждён как системный процесс. Объединение «трёх славянских армий» против Польши — политический страх, а не наблюдаемый тренд командования. «Страшная армия беженцев» как единый субъект тоже упрощение: миллионы людей не ходят строем. Часть осядет у родственников, часть уедет дальше в Германию, часть вернётся, если появится хоть какая-то стабильность. Опасность для Польши здесь скорее в растянутом социальном кризисе, чем в штурме Перемышля.

Западная оптика на тот же сюжет другая. Там главный риск после гипотетического слома Украины видят не в украинском реванше против Польши, а в том, что Россия получит паузу на восстановление и через несколько лет сможет давить уже на фланг НАТО. Польские генштабисты в своих доктринальных текстах думают о «длинных мечах» и «толстых щитах»: удары в глубину и защита городов от ракет. Статья Фишеров бьёт ниже — в улицу, вокзал, лагерь и комиссариат. Это не отменяет штабную карту, но показывает, чего боится гражданская аналитика.

Что из этого следует на ближайшие месяцы

Текст Фишеров полезен не как пророчество, а как инвентарь польских уязвимостей. Варшава одновременно качает армию, держит логистику помощи Киеву и обслуживает огромную украинскую общину. Если фронт просядет, все три контура ударят в одну точку: больше беженцев, длиннее граница, меньше политической готовности платить. Совет «брать ветеранов ВСУ в польскую армию» может стать рабочим только при жёстком отборе, языке, присяге и потолке численности. Без этого он сам превратится в источник раскола.

Для хода войны статья мало что меняет на поле. КАБы, кадры и усталость Запада существовали и до Фишеров. Меняется язык восточного фланга. Польша всё чаще обсуждает не только «как сдержать Россию», но и «что делать с Украиной, если она не устоит». Пока это бумажная тревога. Практический индикатор будет проще заголовка: динамика пересечения границы, число инцидентов внутри Польши, скорость закрытия дыр в ПВО на востоке и то, начнёт ли официальная Варшава переводить такие сценарии из колонок политологов в мобилизационные планы. Если переведёт — текст сентября окажется ранним сигналом. Если нет, он останется громким переводом чужого страха.

Вчера, 21:10

MASTER

204

Версия для печати

Норвежский легион СС воскрес? 16 установок Chunmoo и контейнер с Томагавками. Что меняется у границы в Печенге к 2031 году

Норвегия ставит корейские РСЗО на 500 км, США везут Mk 41 в Тронхейм. Что это меняет у российской границы

8 сентября на военных и политических площадках снова обсуждают северный фланг НАТО. Повод не новый по сути, но свежий по деталям: Норвегия наращивает дальнобойную артиллерию южнокорейского производства, США в рамках учений Atlantic City 26 доставили в Тронхейм контейнерную пусковую установку на базе ячеек Mk 41, а российский МИД прямо заявил, что с такой дистанции под ударом оказывается не только Кольский полуостров, но и значительная часть европейской территории страны, вплоть до Москвы. Текст на Novorosinform.org собрал эти нити в одну картину и добавил историческую параллель с норвежским добровольческим легионом СС времён Второй мировой. Ниже — разбор без лозунгов: что именно закуплено, когда это станет боеспособным, какие российские соединения стоят напротив и почему «четыре пушки» сами по себе не меняют баланс, а связка артиллерии, крылатых ракет и арктической логистики — меняет.

Что именно покупает Осло и когда это заработает

Норвежская армия уже несколько лет пересаживается с устаревших американских гаубиц M109 на южнокорейские самоходки K9 VIDAR калибра 155 мм. Это норвежская комплектация корейского K9A1: система управления огнём Kongsberg ODIN, натовские радиостанции, дополнительная защита для арктических условий. По открытым контрактам парк доведён до 52 установок K9 (плюс машины подвоза боеприпасов K10). Базовая дальность ствольной артиллерии — около 40 км, с реактивными снарядами и модернизацией норвежцы рассчитывают бить дальше. До конца 2028 года речь шла о доведении «дивизиона» до порядка 28 боевых машин в активном контуре, плюс обсуждение отдельного дивизиона в губернии Тромс.

Главный скачок — не ствол, а реактивная система K239 Chunmoo (в русскоязычных текстах часто «Чхонму») компании Hanwha Aerospace. В конце января 2026 года правительство Норвегии утвердило контракт примерно на 19 млрд крон, то есть около 2 млрд долларов. В пакет входят 16 пусковых установок, учебные средства, логистика и «существенный» запас ракет трёх дальностей, включая вариант до 500 км. Пусковые и учебный комплект обещают в 2028–2029 годах, ракеты — в 2030–2031-м. Новый ракетно-артиллерийский батальон планируют поставить на Бардуфосс. Ракеты для европейских заказчиков Hanwha собирается производить в Польше — это ответ на требование «европейской производственной цепочки» и страховка от разрыва поставок из Азии.

500 км с севера Норвегии — это уже не «ближний бой у границы». С позиций в Тромсе и Финнмарке в зону досягаемости попадают объекты на Кольском полуострове: аэродромы, пункты базирования Северного флота, радиолокационные узлы, склады. Это не автоматический «удар по Москве»: до столицы от норвежской суши сотни километров сверх заявленной дальности Chunmoo. Другое дело — американские крылатые ракеты.

Зачем в Тронхейм привезли Mk 41 и что сказал МИД

27 августа 2026 года военно-транспортный C-17A Globemaster III доставил в Тронхейм четырёхячеистую контейнерную пусковую систему. По описанию это сухопутный экспедиционный вариант семейства Mk 41 / Mk 70 Mod 1 Payload Delivery System: те же «длинные» ячейки, что на эсминцах, упакованные в 40-футовый ISO-контейнер. Система умеет работать с ракетами SM-6 и с крылатыми «Томагавками». Дальность современных TLAM — порядка 1600–1800 км. Именно это имеет в виду российский МИД, когда говорит, что размещение таких комплексов в Норвегии «накрывает внушительный сектор европейской части России, включая Москву».

Формально это элемент учений Atlantic City 26 (26 августа — 4 сентября) с участием Норвегии, США и Великобритании, с выносом активности на остров Ян-Майен. Американская сторона подчёркивает учебный характер: проверка авиапереброски, экспедиционного базирования и связки «датчик — стрелок». Российская сторона читает иначе: после разрыва договора о РСМД в 2019 году любая наземная Mk 41 в Европе — это возврат запрещённого класса носителей. Контейнер можно переставить за ночь. Четыре ячейки сегодня — восемь завтра. Масштаб не флотский, но принцип «распределённого удара» НАТО отрабатывается именно так.

Важно разделять две системы. K9 и Chunmoo — норвежская собственность, график известен, полная боеготовность ракетного батальона ближе к 2030–2031 годам. Mk 41 / Mk 70 — американский актив на чужой земле, появляется и исчезает вместе с учениями, но создаёт прецедент и отрабатывает логистику. Смешивать их в одну «норвежскую пушку, которая достанет до Москвы» удобно для заголовка, но аналитически неточно.

Кто стоит напротив: Печенга, Алакуртти, Северный флот

Российская группировка на этом участке — не «флажок на карте». 200-я отдельная мотострелковая Печенгская бригада (арктическая) исторически базировалась в районе Печенги — Луостари, штаб примерно в 10 км от норвежской границы. Соединение заточено под Заполярье: техника, экипировка, маршруты. В 2022-м бригада уходила на украинское направление и понесла потери; к 2025 году публиковались сообщения о развёртывании её в 71-ю гвардейскую мотострелковую дивизию Ленинградского военного округа. Даже если штат ещё не набран полностью, сам факт преобразования говорит о намерении уплотнить северный участок не бригадой, а дивизионной структурой.

Рядом — 61-я отдельная Киркенесская бригада морской пехоты Северного флота в Печенге / Спутнике. Это соединение с опытом современных боёв, береговая компонента флота, привычная к высадке, арктическим переходам и работе совместно с кораблями. В исходном материале отдельно упоминается 200-я в Алакуртти: речь о соседнем арктическом узле на карельском направлении, который вместе с печенгской группировкой закрывает «коридор» между Норвегией, Финляндией и Кольским полуостровом.

За ними — Северный флот: атомные подводные лодки с баллистическими ракетами, многоцелевые АПЛ, надводные корабли, береговые ракетные комплексы, единственный тяжёлый авианесущий крейсер. Удар по инфраструктуре Колы — это удар по одному из двух столпов морской составляющей стратегических ядерных сил. Поэтому норвежские 500 км и американские 1600+ км читаются в Генштабе не как «местная артиллерийская дуэль», а как давление на СЯС.

Полковник Левон Арзанов, которого цитирует исходный текст, формулирует жёстко: Норвегия мала, закупки сами по себе картину не переворачивают, но игнорировать нельзя. Мониторинг, разведка, понимание замысла важнее ответной риторики про «Орешник по фьордам». «Орешник» — российская баллистическая система средней дальности, уже применявшаяся по украинским целям; как инструмент сигналинга она существует. Как автоматический ответ на учебный контейнер в Тронхейме — это уже политика, не баллистика.

Почему снова вспоминают легион СС «Норвегия»

Исторический абзац в исходной статье — самый спорный и самый «газетный». Добровольческий легион СС «Норвегия» (Den norske legion, SS-Freiwilligen-Legion Norwegen) формировали с лета 1941 года. Численность — до двух тысяч человек. Зимой 1942 — весной 1943-го легион стоял на Ленинградском фронте в составе 2-й пехотной бригады СС, затем личный состав влили в полк «Норге» дивизии СС «Нордланд». Отдельно норвежцы воевали в Карелии в составе лыжного егерского батальона. Всего за годы оккупации около 15 тысяч норвежцев изъявили желание служить в вермахте и СС, примерно 7 тысяч побывали на фронтах, около тысячи погибли или не вернулись из плена.

Параллель «тогда добровольцы СС — сегодня закупки у Hanwha» работает как метафора враждебности, но ломается как исторический аргумент. Норвегия 1940 года была оккупирована Германией за два месяца; коллаборационизм Нашеional Samling и набор в СС — факт, который в самой Норвегии десятилетиями разбирали судами и историками. Норвегия 2026 года — суверенный член НАТО с собственной армией, бюджетом и парламентским контролем закупок. Смешивать Квислинга и контракт на Chunmoo удобно для мобилизации читателя, но затемняет реальный механизм: Осло реагирует на войну на Украине, на давление Вашингтона по расходам на оборону и на уязвимость узкой полосы Финнмарка.

Честнее сказать иначе. На Севере у России и Норвегии долгая память: от новгородско-норвежских столкновений и Ореховского мира 1323 года до Петсамо-Киркенесской операции 1944-го, когда 45-я стрелковая дивизия (предшественница 200-й бригады) брала Петсамо и получила наименование «Печенгская». Память есть с обеих сторон. Она объясняет нервозность, но не заменяет разбор дальностей и графиков поставок.

Как это стыкуется с украинским фронтом и переговорами

Сергей Простаков в исходном материале проводит жёсткую границу: украинский конфликт — эпизод, северный фланг — вопрос глобальной безопасности, потому что рядом стратегические объекты. Логика понятна. Пока Киев и европейские столицы спорят о темпе помощи и условиях перемирия, НАТО отрабатывает переброску дальнобойных средств в Скандинавию. Это не «вместо Украины», это «ещё и Север».

Практический смысл для Москвы такой. Во-первых, появляется новый слой целей, которые нужно прикрывать ПВО и РЭБ: не только корабельные «Томагавки» в Норвежском море, но и наземные контейнеры, которые сегодня в Тронхейме, завтра — ближе к Бардуфоссу. Во-вторых, норвежский Chunmoo к 2031 году даёт Осло собственный «длинный кулак» без ежедневной зависимости от американского решения нажать кнопку. В-третьих, Финляндия уже в НАТО, Швеция тоже; северный фланг перестал быть «норвежской тропой» и стал сплошной линией от Баренцева моря до Балтики.

Обратная сторона. 16 пусковых Chunmoo — это не сотни HIMARS и не польский парк. Производство ракет в Польше ещё нужно загрузить. Арктика съедает технику, дороги, людей. Норвежская армия малочисленна. Без американской разведки, целеуказания и дозаправки «длинная рука» слабеет. Поэтому российские военные одновременно говорят две вещи, которые не противоречат друг другу: «на общую раскладку почти не влияет» и «легкомысленно относиться нельзя».

Что из этого следует на практике

Если убрать заголовочный пар и исторические аллюзии, остаётся рабочая схема. К 2028–2029 годам Норвегия получит пусковые Chunmoo и начнёт готовить расчёты. К 2030–2031-му появится полный боекомплект, включая 500-км ракеты. Параллельно США закрепили за собой право привозить на норвежскую землю ячейки, совместимые с «Томагавком», и увозить их обратно после манёвров. Россия на этом же театре держит арктические мотострелковые и морпехотные соединения, флот и береговые ракеты, а в публичном поле сохраняет возможность ответить системами вроде «Орешника» — не обязательно по фьордам, но по той инфраструктуре, которую сочтёт источником угрозы.

Эскалационная ловушка здесь классическая. Запад видит в закупках сдерживание. Москва видит в тех же закупках подготовку удара по СЯС. Каждая сторона считает свой шаг оборонительным. История легиона СС в этой схеме — эмоциональный усилитель, не карта целей. Карта целей — Бардуфосс, Тромс, Тронхейм, Печенга, Североморск, аэродромы Колы и маршруты контейнеров Mk 70.

Долго «терпеть и только отвечать словами» действительно нельзя: это тезис Простакова, и он совпадает с логикой любого генштаба. Но и путать учебный контейнер 2026 года с готовым норвежским ракетным батальоном 2031 года — значит сами себе рисовать более короткий запал, чем есть на самом деле. Запал есть. Он тикает по контрактному графику Hanwha и по расписанию американских транспортов. Этого достаточно, чтобы считать северный фланг не «тихим двором», а отдельным театром, где решения принимаются уже сейчас, а стрелять, если до этого дойдёт, будут не метафорами.

Что умел каждый советский школьник

Современные дети очень продвинутые. В три года они уже ловко управляются с планшетом и телефоном, а в пять – могут без проблем оформить заказ на маркетплейсе и найти любую информацию в интернете. Но если вы попросите их пришить пуговицу или приготовить омлет, вряд ли они смогут это сделать.

А вот советские школьники отлично справлялись с бытовыми задачами. Сегодня мы расскажем, что они умели.

Советские дети были детьми очень мало. К 10 годам родители уже воспринимали их как полноценных взрослых, доверяли уборку, готовку, походы по магазинам. За ребенком могли не приглядывать, его действия и решения не контролировали – родители были уверены, что он сам дойдет со школы домой, доберется на дополнительные секции, купит продукты на рынке. Почему так происходило и что для школьника считалось обычным делом, читайте в нашей статье. Спойлер: некоторые вещи могут показаться современным детям странными и ненужными, но не стоит забывать, что каждое поколение двигает цивилизацию по-своему.

1. Проявлять самостоятельность

Дети добирались до школы сами.

К сожалению, у родителей не всегда было время отводить детей в школу перед работой, поэтому малышам приходилось добираться самостоятельно. Первоклассники сами переходили дорогу, четко знали, куда идти, после уроков без проблем возвращались домой. У них были ключи от квартиры, поэтому ждать, пока вернется мама или папа, не было никакой нужды.

При необходимости шестилетний ребенок ходил на соседнюю улицу за хлебом, сидел дома в одиночестве. Домашних телефонов у многих не было, родители работали допоздна, поэтому дети были предоставлены сами себе. Они делали уроки, готовили ужин, убирали и, часто не дожидаясь родителей, ложились спать.

Сейчас такая свобода действий – большая редкость. Родители держат детей под колпаком до самого выпуска из школы, боятся отпускать их из дома без присмотра, контролируют каждый шаг. В какой-то момент забота превращается в гиперопеку, и ни о какой самостоятельности даже говорить не приходится.

2. Гладить и готовить обед

Мальчик с детства учится готовить.

К 10 годам советские школьники без проблем могли приготовить не только завтрак для себя, но и обед для всей семьи. Каша, омлет, жареная картошка, макароны – любое из этих блюд могло оказаться на столе. Чему-то детей учили родители, чему-то – на уроках труда. Некоторые учителя даже проводили соревнования по чистке картошки, поэтому школьник не понаслышке знали, как ее готовить.

Девочек дополнительно учили обращаться с одеждой: чинить, стирать, гладить. Они досконально знали, что грязный воротничок на форме нужно отпороть, постирать, накрахмалить, погладить и пришить обратно. Мальчики тоже умели гладить – их задачей было держать в порядке пионерские галстуки, и они с ней прекрасно справлялись. Конечно, не обходилось без казусов, и иногда на красной шелковой ткани появлялись маленькие дырочки от утюга, но это было хорошим уроком.

3. Помогать взрослым

Дети собирали макулатуру.

В школах были уборщицы, но обычно они приводили в порядок только коридоры и служебные помещения. А вот классы ученики убирали сами. Они вытирали доску, мыли полы, протирали пыль на полках, поливали цветы. Никто не отлынивал – в процессе участвовали как девочки, так и мальчики.
Популярным было тимуровское движение, когда школьников закрепляли за ветеранами и пенсионерами, чтобы они помогали им. Дети ходили в аптеку за лекарствами, покупали продукты, подметали по дворе, красили забор.

Между классами проводили соревнования, кто больше соберет металлолома и макулатуры. Победители получали приз. Летом школьники ездили на отработки: сажали деревья, собирали урожай, пололи грядки. Никто не говорил, что им жарко или тяжело – была четкая задача, которую нужно было выполнить.

4. Делать уроки без родителей

Уроки приходилось делать самостоятельно.

Наверняка вы часто видите ролики в социальных сетях, где родители рассказывают о том, что школьная программа их детей настолько сложная, что даже они не могут выполнить некоторые задания. В Советском Союзе родители вообще не заглядывали в учебники и тетради – ребенок делал уроки самостоятельно. Получалось – отлично, не получалось – приходилось исправлять двойки. Если забыл записать домашнее задание – бежишь к однокласснику, если чего-то не понимаешь – в библиотеку. Современные родители часто делают уроки за своих детей, но во времена СССР такое не поощрялось.

5. Иметь каллиграфический почерк

Почерк был красивым и ровным.

Современные дети настолько привыкли печатать на телефоне или в компьютере, что им сложно даются банальные уроки письма. Но они бы точно не жаловались, если бы знали, что их бабушки и дедушки в 60-х годах прошлого века писали перьевыми ручками. Избежать клякс и царапин было невероятно сложно – чернила ложились в ровную, красивую линию только при правильном наклоне. Поэтому чистописанием занимались долго и тщательно.

Дети учились красиво писать на уроках, после школы, дома, но результат не заставлял себя долго ждать – почерк получался красивым и аккуратным. С появлением шариковых ручек процесс стал гораздо проще, но это отразилось на результате – если в младших классах дети старались выводить каждую букву, то к старшим – слова снова расползались.

6. Шить

Девочки шьют на уроках труда.

Сейчас уроки труда воспринимаются как что-то второстепенное, развлекательное, куда можно не ходить. Но в Советском Союзе им уделялось много времени. Начиная с 1 класса, дети учились обращаться с пластилином и делать аппликации, далее – брали в руки иголку, позже – переходили к вязанию, кройке и шитью. Девочки могли сами сшить фартук или даже платье, это были «базовые настройки», которыми современные леди похвастаться не могут.

Что скрывалось под шинелью «уголовника» на приёме у Сталина

В истории бывают моменты, когда время словно завязывается узлом, соединяя в одном человеке несоединимое. Представьте себе: Кремль, 1945 год, торжественный прием в честь Парады Победы.

Среди блеска новых советских орденов, среди золотого шитья генеральских мундиров стоит немолодой казак в чине гвардии капитана. На его груди сияет Золотая Звезда Героя Советского Союза, а рядом с ней — четыре «царских» Георгиевских креста. Те самые знаки отличия, за которые в двадцатые годы могли запросто поставить к стенке.

Этим человеком был Константин Иосифович Недорубов. Человек-легенда, чья жизнь — готовый сценарий для эпического полотна, не менее мощного, чем шолоховский «Тихий Дон».

Четыре «Георгия» за безумную храбрость

Путь Недорубова начался в 1911 году, когда молодого казака с хутора Рубежий призвали под знамена Российской империи. Тогда никто и подумать не мог, что мир стоит на пороге великой бойни. В Первую мировую Константин вошел как нож в масло. О его храбрости ходили легенды: он не просто воевал, он куражился над смертью.

Свой первый крест он взял под Томашевым, когда в пылу атаки ворвался на вражескую батарею и захватил её вместе с прислугой. Второй — за невероятную дерзость: в одиночку, во время разведки под Перемышлем, он взял в плен 52 австрийца. Просто представьте эту картину: один казак ведет за собой целую колонну врагов, ошеломленных его натиском. Третий крест пришел в вихре Брусиловского прорыва. А четвертый, золотой, Недорубов получил за захват немецкого штаба вместе с генералом и ценнейшими документами.

К 1917 году он был Полным Георгиевским кавалером — элитой русской армии, живым воплощением воинской славы. Но старый мир рухнул, и на смену имперским штандартам пришли красные флаги.

Меж двух огней: когда Родина важнее флагов

Гражданская война разделила семьи и станицы. Недорубов, как и тысячи казаков, оказался в этой мясорубке. Его судьба металась, как челнок: сначала воевал за белых, попал в плен к красным. Перешел на их сторону. Потом снова плен — теперь уже к белым.

Здесь-то и произошел случай, который кажется выдумкой сценариста. Когда белые офицеры увидели на груди пленного четыре Георгиевских креста, у них не поднялась рука расстрелять «предателя». Уважение к высшей воинской доблести оказалось сильнее политической вражды. Его просто отпустили. И Недорубов снова ушел к красным. Он защищал Царицын, рубился с Врангелем и получил в награду… красные революционные шаровары.

Но наступили тридцатые годы. В 1933 году, когда на Дону властвовал страшный голод, Константин Иосифович, будучи председателем колхоза, пошел против системы. Он разрешил измученным людям использовать остатки семенного зерна на еду. Система не простила: 10 лет лагерей. Герой войн стал «зэком». Говорят, из лагерей его вытаскивал сам Михаил Шолохов, знавший цену таким людям.

Друзья, вот здесь хочется сделать паузу и спросить вас: как вы считаете, что чувствовал этот человек? Пройти через огонь за свою землю, получить высшие награды, а потом оказаться за решеткой от рук тех, за кого он проливал кровь в Гражданскую? Смогли бы вы после такого снова встать на защиту этой власти, когда пришла новая беда? Пишите в комментариях, это сложный вопрос о чести и прощении.

«Черный дьявол» на коне: стальной старик

В 1941-м Недорубову было уже 52 года. Мог бы сидеть в тылу, ссылаясь на возраст и подорванное в лагерях здоровье. Но когда враг подошел к Дону, казачья кровь закипела. Его не хотели брать — «бывший зэк», «служил у белых». Но он дошел до первого секретаря райкома: «Я же не в тыл прошусь, я на фронт хочу!».

Он сформировал добровольческий эскадрон. Вместе с ним в седло сел и его сын Николай. Это была настоящая «дикая дивизия» нового времени. В августе 1942 года под станицей Кущевская казаки Недорубова показали немцам, что такое кавалерийская лава. В тот день они уничтожили две сотни солдат противника. Константин Иосифович лично, как в молодые годы под Перемышлем, «порубал» около семидесяти гитлеровцев. Немцы называли их «черными дьяволами».

За этот и другие подвиги в октябре 1943 года Недорубову присвоили звание Героя Советского Союза. Старый казак доказал: мастерство и отвага не имеют срока годности.

Встреча со Сталиным и капсула времени

Когда в 1945-м Сталин на приеме в Кремле увидел Недорубова, он не приказал сорвать «царские побрякушки». Напротив, вождь долго жал казаку руку. Это был символ национального примирения перед лицом великой Победы. Старая Россия в лице кавалера «Егория» и новая Россия в лице Героя Советского Союза слились в одном человеке.

Константин Иосифович прожил долгую жизнь. Он не озлобился, не стал диссидентом. Он просто любил свою землю. В 1970 году он заложил капсулу с посланием к нам, потомкам, которую откроют 9 мая 2045 года. Он ушел в 1978-м, не дожив десяти лет до своего столетия.

История Недорубова — это не про политику. Это про то, что режимы приходят и уходят, а Отечество остается. Это рассказ о человеке, который был верен не присягам, написанным на бумаге, а зову сердца и родной степи.

Этот зов сердца, мы, русские люди, слышали всегда, и сегодня слышим. Ведь любовь к Родине — это не абстрактные слова, а конкретные дела по сохранению того, за что бились наши деды: нашей исторической памяти и нашей природы. Одно невозможно без другого.

Именно так, в Государственном архиве Луганской Народной Республики открылась уникальная выставка, приуроченная к 85-летию начала партизанского движения на Ворошиловградщине. Экспозиция, названная «Из прошлого – в настоящее», объединила подлинные свидетельства эпохи, от первых дней войны до современности.

Поражает глубина проработки: архивные дела раскрывают не просто факты, а саму «кухню» сопротивления. Документы рассказывают, как еще до оккупации создавались явочные квартиры, закладывались тайные склады с оружием и провизией, как тщательно подбирались люди. Как отметила замдиректора архива Инна Маликова, задача была восстановить всю сложность условий, в которых действовали партизаны, показать тот самый человеческий фактор в Победе.

Особого внимания заслуживает участие в этом событии легендарного музея «Молодая гвардия». Это стало настоящей встречей хранителей истории. Директор музея Наталья Николаенко передала архиву бесценные подарки: новое издание романа Александра Фадеева, альбом с живописью и графикой, и, что особенно ценно, книгу «Молодогвардейцы» с редкими биографиями героев-подпольщиков. В ответ руководитель архивной службы Анна Тодорова вручила краснодонцам первый сборник архивных документов ЛНР о войне. Этот обмен книгами — не формальность, а символическая передача эстафеты памяти.

Важно, что в эту работу включаются и новые регионы, и вся страна, возвращая из небытия имена героев. Экскурсии, которые проводит главный архивист Юлия Пашинцева, открывают документы, многие из которых люди видят впервые. Это живое доказательство того, что память о героях — будь то лихие казаки Недорубова или юные подпольщики Краснодона — не пылится на полках, а бережно хранится и передается дальше.

Наука как мост между Китаем и Россией: профессор РАН Артем Оганов о том, как исследования учат слышать и видеть друг друга

(Источник:<<Жэньминь жибао>> он-лайн) 12/12/2025,15:37

12 декабря, «Жэньминь жибао» онлайн -- «Мы хотим использовать науку как мостик, чтобы люди научились друг друга слышать и видеть», – говорит заслуженный профессор Сколтеха, руководитель Лаборатории дизайна материалов Сколковского института науки и технологий, профессор РАН Артем Оганов. Его собственная история – прекрасное тому доказательство.

В 2008 году его в качестве приглашенного профессора пригласили в Китайский университет Гонконга – один из ведущих университетов не только в Китае, но и в мире. Поездка перевернула его представления: «Я был потрясен Китаем, его культурой, историей, кухней. Тем, что Китай совсем не такой, как я себе представлял».

С 2022 года А. Оганов является соорганизатором ежегодного Российско-китайского симпозиума по химии и материаловедению. Создавая это мероприятие, он и его коллеги понимали: это – билет в будущее.

«В каждой стране есть свои научные школы со своим взглядом, – объясняет профессор. – Другой взгляд дополняет вашу картину, делает ваши исследования, ваши результаты и вас самих глубже».

В провинции Хэйлунцзян открылась спартакиада с участием более тысячи студентов из Китая и России

(Источник:Агентство Синьхуа) 30/05/2025,08:41

Пекин, 29 мая /Синьхуа/ -- Более тысячи студентов из Китая и России приняли участие в спартакиаде, которая открылась в четверг в провинции Хэйлунцзян /Северо-Восточный Китай/, сообщает новостной портал "Янгуан" Медиакорпорации Китая.

Церемония открытия 2-й спартакиады вузов провинции Хэйлунцзян КНР и Дальнего Востока России состоялась в четверг в Хэйхэском институте города Хэйхэ этой провинции. Участниками мероприятия стали более тысячи студентов из 18 высших учебных заведений с обеих стран, включая Благовещенский государственный педагогический университет, Амурский государственный университет /АГУ/, Дальневосточный государственный аграрный университет, Тихоокеанский государственный университет, Приамурский государственный университет имени Шолом-Алейхема, а также 13 китайских вузов.

Выступая на церемонии открытия спартакиады, ректор Хэйхэского института Ян Цзинминь призвал участников спартакиады из двух стран укрепить взаимопонимание в соревнованиях и развить дружбу в сотрудничестве.

Декан факультета физкультуры АГУ Елена Токарь дала высокую оценку результатам сотрудничества в сфере спорта и физкультуры между российскими и китайскими вузами и отметила особенно большое значение спорта для укрепления дружбы между молодыми людьми.

Медиафорум в Шэньчжэне стал интеллектуальным прологом к саммиту АТЭС -- казахстанский эксперт

(Источник:Агентство Синьхуа) 08/09/2026,08:21

Алматы, 7 сентября /Синьхуа/ -- Азиатско-Тихоокеанский медиафорум в Шэньчжэне фактически стал одним из интеллектуальных прологов к главному политико-экономическому событию года в регионе -- 33-й неформальной встрече руководителей экономик Азиатско-Тихоокеанского экономического сотрудничества /АТЭС/, которая состоится в ноябре в Шэньчжэне. Об этом заявил главный редактор газеты "Деловой Казахстан" Серик Коржумбаев в авторской статье, опубликованной по итогам участия в медиафоруме.

По словам С. Коржумбаева, сегодня Азиатско-Тихоокеанский регион является главным экономическим пространством планеты. Здесь находятся крупнейшие экономики мира, ведущие технологические центры, огромные рынки потребления и производства, ключевые морские торговые пути и значительная часть глобальных производственных цепочек.

Как отмечается в статье, АТЭС создавалась как площадка экономического взаимодействия. Поэтому вопрос о будущем организации фактически является вопросом о том, сохранит ли экономика региона объединяющую логику развития или постепенно станет двигаться в сторону новых разделительных линий.

"Шэньчжэньский форум дал достаточно определенный ответ -- экономическая взаимозависимость рассматривается не как проблема, а как преимущество, которое необходимо сохранять и модернизировать. Сегодня экономическое развитие тесно связано с искусственным интеллектом, цифровыми платформами, большими данными, робототехникой, новой энергетикой и интеллектуальным транспортом. Страны региона пытаются определить свое место в новой промышленной и технологической иерархии", -- пишет С. Коржумбаев.

По его словам, переход к низкоуглеродной экономике, ставший заметной темой форума, превращается в самостоятельный двигатель технологической конкуренции. Экономика 21-го века будет оцениваться не только по тому, сколько она производит, но и по тому, какими технологиями она производит, сколько энергии потребляет и какое воздействие оказывает на окружающую среду. Для быстро развивающихся стран это принципиальный вопрос.

Эксперт считает, что Казахстан и государства Центральной Азии постепенно становятся одним из ключевых сухопутных соединительных пространств Евразии. Он отметил, что развиваются маршруты Китай-Центральная Азия-Европа, Транскаспийский международный транспортный маршрут и новые логистические центры. При этом, продолжил эксперт, транзит не может быть конечной целью развития, и история наиболее успешных экономических регионов показывает: транспортный коридор дает максимальный эффект тогда, когда вокруг него появляются промышленность, сервисы, логистика, финансовые услуги и технологические предприятия.

Для Центральной Азии задача состоит в том, чтобы превратить географическое положение в экономическую компетенцию. Это означает развитие переработки, промышленной кооперации, транспортно-логистических центров, цифровых платформ и новых экспортных производств, заявил С. Коржумбаев.

Он отметил, что на этом фоне становится понятнее, почему экономическому форуму было уделено столь большое внимание со стороны СМИ. Если общества воспринимают друг друга исключительно через угрозы, стереотипы или конфликты, пространство для сотрудничества постепенно сужается. Исходя из этого, медиа сегодня выполняют еще одну функцию -- формируют информационную инфраструктуру взаимопонимания, и журналистика становится полноценным участником процесса региональной интеграции, добавил он.

Через несколько месяцев лидеры экономик АТЭС соберутся в Шэньчжэне. Предстоящий разговор будет основан на простой формуле: открытость вместо изоляции, инновации вместо технологической стагнации, сотрудничество вместо фрагментации. Для Азиатско-Тихоокеанского региона, где сегодня во многом определяется экономическое будущее мира, это далеко не риторика, а выбор модели развития, резюмировал С. Коржумбаев. --0--

вторник, 8 сентября 2026 г.