Клич «Всех под ружьё!», брошенный бездумно воинственными лидерами ряда европейских государств, не только не вызвал энтузиазма у местных жителей, но и дал весомый повод для массовых антиправительственных выступлений. Речь в первую очередь идёт о ФРГ, чей руководитель — внук нацистского штурмовика Фридрих Мерц — явно страдает «тяжёлой формой милитаризма», грезя о возрождении былого величия Германии и превращении её в «четвёртый рейх». Однако для реализации амбициозных замыслов главы кабмина, мечтающего создать из бундесвера самую сильную армию в Старом Свете, нужна свежая кровь — молодые люди, готовые убивать и умирать за лжеидеалы властей предержащих. Правда, немецкая молодёжь к таким «подвигам» решительно не готова, что и продемонстрировала уже вторая с декабря 2025-го общенациональная забастовка учащихся средних и высших учебных заведений, столкнувшихся с угрозой призыва на военную службу.
На акцию под лозунгами: «Смерть не входит в образовательный курс!» и «Мы — не ваш резерв!», прокатившуюся в первую неделю весны по 150 немецким городам, включая Берлин, Потсдам, Бонн, Кёльн, Мюнхен, Лейпциг, Дрезден, Франкфурт-на-Майне, Хемниц, Эссен, Гамбург, Штутгарт, Дюссельдорф и Киль, вышли десятки тысяч школьников и студентов, недовольных введением всеобщей воинской повинности, которую власти угрожают сделать обязательной, в том числе для женщин.
Настроение юных немцев отражали кричащие надписи на пестревших в толпе плакатах: «Богатые хотят войны, молодёжь — будущего», «Восток выступает против», «Долой вооружения — выше образование», «Толстосумов — в окопы», «Мы не пушечное мясо», «Агитация за смерть», «Предмета «умирать» в расписании уроков нет», «Умная голова не помещается под стальной каской», «Никто, кроме меня, не определяет моё будущее». Ну а постер «Мерца — на фронт!» наглядно свидетельствовал об отношении подрастающего поколения к милитаристическим планам канцлера ФРГ.
Мощное молодёжное восстание стало реакцией на вербовочные визиты в школы военных, которые проводят с учащимися душеспасительные беседы и агитируют их идти в бундесвер, суля блестящую карьеру.
Дискуссия о внедрении нового механизма подготовки резервистов в Германии активизировалась на фоне рекомендаций НАТО, согласно которым страна должна довести численность военнослужащих до 460 тысяч к 2035 году. И, как уже писала «Правда», 5 декабря 2025-го бундестаг принял закон о модернизации армейской службы, предусматривающий, в частности, введение обязательной военной приписки для мужчин, родившихся после 1 января 2008 года. С начала 2026-го все 18-летние юноши должны заполнять анкету о состоянии здоровья и наличии мотивации к выполнению воинского долга, а затем проходить медкомиссию. Вступление в ряды вооружённых сил пока остаётся добровольным, однако если новобранцев-доброхотов не хватит, то власти, подчеркнул глава минобороны Борис Писториус, могут прибегнуть к отбору рекрутов через лотерейную систему (жеребьёвку), а в итоге — вообще вернуться к приостановленной в 2011 году всеобщей повинности, поскольку комплектация бундесвера, испытывающего острый кадровый дефицит, в последнее время весьма затруднена.
Происходящее в стране пресс-секретарь инициативы «Школьная забастовка против призыва на военную службу» Ханнес Крамер расценил как подготовку к более крупному конфликту и потребовал мирных дипломатических решений вместо «спирали милитаризации». Борьбу молодёжи за безмятежное будущее поддержали Союз работников образования и науки, Немецкое общество мира — Объединение противников войны, фракция Левой партии в бундестаге и многочисленные пацифистские движения ФРГ. Кроме того, к акции присоединился «Союз Сары Вагенкнехт — за разум и справедливость», который разработал онлайн-инструмент, помогающий молодым людям подать заявление на отказ от военной службы по убеждениям совести.
К счастью, жажда встать на военные рельсы и помчаться в пропасть третьей мировой, обуявшая большую часть государств Европы, пока не распространилась на республики Южного Кавказа, где, честно говоря, хватает и других поводов для социального негодования. В Грузии, например, сотрудницы швейной фабрики «Фаст трэк текстайл» (ФТТ) в Хелвачаури (муниципалитет в составе города Батуми) устроили забастовку в связи с резким снижением доходов. Дело в том, что новая администрация предприятия изменила систему начисления бонусов, параллельно увеличив объём работы. В результате средний заработок персонала упал до 800 — 900 лари (300 — 340 долларов) в месяц. Возмущённые портнихи потребовали немедленно пересмотреть размер выплат и улучшить условия труда. Стачку поддержали 200 из 300 швей: полностью остановив производственный процесс, женщины вышли во двор ФТТ в знак протеста против ущемления своих финансовых интересов.
Во избежание длительного простоя фабрики её гендиректор уже через сутки после старта акции лично встретился с бастовавшим коллективом и провёл переговоры, в ходе которых стороны достигли временного компромисса. Мотористки согласились вернуться в цеха при условии получения официального решения руководства до конца смены. К слову, в первые часы стачки портнихи дополнительно направили жалобу в государственную Службу инспекции труда (СИТ), однако ведомство оперативно не отреагировало на обращение.
Нынешний протест на ФТТ стал прямым продолжением серии предыдущих производственных конфликтов на предприятии, которые администрация фабрики и надзорные органы предпочитают игнорировать.
Впрочем, недовольство условиями труда и его оплатой в Грузии проявляют не только «повелительницы швейных машинок». Так, на днях городской суд столицы страны признал незаконным увольнение трёх специалистов Тбилисского государственного театра оперы и балета имени Захария Палиашвили. Согласно вердикту служителей Фемиды, администрация учреждения, художественный руководитель Бадри Маисурадзе и экс-глава минкульта Тея Цулукиани обязаны выплатить сотрудникам денежные компенсации и полностью возместить заработок за период вынужденного прогула. В Профсоюзе работников науки, образования и культуры отметили, что этот маленький триумф — часть широкой юридической кампании против кадровой политики ведомства, в рамках которой представители культсферы выиграли уже порядка 50 аналогичных процессов.
Серьёзный трудовой конфликт в главном храме искусств закавказской республики разгорелся ещё в ноябре 2023 года. Осветители, механики сцены и реквизиторы настаивали на двукратном повышении жалованья, составлявшего на тот момент около 500 лари (примерно 184 доллара). Кроме того, протестовавшие требовали восстановления в должностях двоих ранее уволенных коллег. После трёх недель безрезультатных дебатов техперсонал объявил стачку, затянувшуюся на 53 дня.
В ответ на демарш худрук театра Бадри Маисурадзе расторг контракты с 17 участниками акции. На их места оперативно наняли новых сотрудников для выполнения тех же функций, что послужило поводом для обращения в СИТ и последующих судебных разбирательств.
Как бы то ни было, в сегодняшних реалиях даже достижение краткосрочного соглашения с нанимателем можно считать успехом трудящихся, ведь добиться чего-то большего — удел избранных. К их числу, например, относятся бастовавшие с конца февраля сотрудники компании «Северный региональный дистрибьютор электроэнергии» (СРДЭ) в Намибии, в итоге одержавшие безоговорочную победу. Участники масштабной стачки, охватившей сразу восемь регионов южноафриканской страны, настаивали на улучшении условий работы, повышении жалованья на 6% и официальной выдаче четырнадцатой зарплаты. Восставшие энергетики полностью свернули деятельность и закрыли центры обслуживания клиентов в 12 городах на севере республики, включая Кхорикас, Опуво и Ондангву, причём организовавший акцию Профсоюз шахтёров Намибии (ПШН) сразу предупредил: офисы останутся под замком до полного разрешения трудового спора.
Как заявил исполняющий обязанности президента ПШН Мэтью Мбериуана, с 2019 года СРДЭ игнорирует вопрос корректировки окладов, которые в последний раз индексировались на 4% ещё в 2018-м. Мбериуана отметил, что в феврале компания предложила поднять финансовое вознаграждение на 3%, но работники отклонили инициативу, назвав её несоответствующей росту стоимости жизни и ценам на сырьевые товары. По мнению коллектива, жалованье должно быть конкурентоспособным и адекватным рыночным условиям.
Стачка ожидаемо парализовала нормальную жизнь в затронутых ею областях: мятеж сотрудников энергораспределительного предприятия привёл к отключению корпоративной системы предоплаты за электричество, а также повлёк неизбежные на фоне нехватки кадров задержки при ликвидации аварий, техобслуживании электросетей и обработке текущих платежей. Акция спровоцировала и сопутствующие коммунальные проблемы: государственная водная корпорация «НамВотэ» предупредила о перебоях с водоснабжением вследствие нестабильной работы обесточенных насосных станций.
Электротехники прибегли к крайней форме протеста после провала очередного раунда переговоров между персоналом и нанимателем, длившихся с июня прошлого года. Кстати, накануне старта забастовки руководство СРДЭ пыталось добиться её запрещения на законодательном уровне, однако Верховный суд отклонил срочный иск компании и признал право сотрудников на проведение мероприятия, несмотря на риски для инфраструктуры региона.
Спустя шесть дней противоборствующим сторонам удалось заключить мировую при посредничестве министра труда Филлемона Уайза Эммануэля. Работодатель пошёл на уступки, сообщив о готовности немедленно выплатить дополнительные оклады за 2024-й и 2025-й, а также поднять базовые ставки сотрудников на 4% в нынешнем году и ещё на 4,3% — в следующем. После урегулирования спорных моментов энергетики вернулись к исполнению обязанностей и восстановили штатное функционирование инфраструктуры.
Как известно, социальный протест многогранен, различаясь по содержанию и направленности, формам и участникам, причём в условиях галопирующей цифровизации и бурного развития нейросетей поводов для негодования у населения заметно прибавилось. Ещё Парацельс, знаменитый швейцарский врач и философ эпохи Возрождения, провозгласил: «Всё есть яд, и всё есть лекарство; одна лишь доза делает вещество или ядом, или лекарством». В XXI веке этот постулат, как и старейший принцип медицинской этики «не навреди», не только не утратил своей актуальности применительно к мастерству целительства, но и приобрёл дополнительное значение на фоне продолжающейся научно-технической революции, в частности — внедрения искусственного интеллекта (ИИ), таящего в себе (в зависимости от «дозы») как бездну возможностей, так и тьму угроз. Именно об этом говорили участники массовой акции «Марш против машин», состоявшейся в столице Соединённого Королевства.
Местом проведения крупнейшей в истории манифестации борцов с развитием компьютерного разума стал лондонский технологический хаб Кингс-Кросс. Скандируя: «Выключите из розетки!» и «Остановите слоп!» (жаргонный термин для обозначения бесполезного и бросового контента, сгенерированного ИИ. — Е.М.), сотни противников экспансии нейронных сетей прошли мимо британских штаб-квартир научно-исследовательских компаний «ОупенЭй-Ай» (ОЭА), «Мета Эй-Ай» (запрещена в РФ) и «Гугл ДипМайнд» (ГДМ), занимающихся разработками в области машинного интеллекта.
Инициатором мероприятия, собравшего более 500 человек, выступила коалиция из пяти активистских групп во главе с международными организациями «Поз Эй-Ай» (ПЭА) и «Пулл зе плаг». О проблемах, волновавших демонстрантов, говорили их красочные плакаты: «Кто чьим инструментом будет?», «ИИ? Только через мой труп», «Прекратите использовать ИИ». Особое внимание привлёк билборд «Демис-Угроза», присвоивший выразительное прозвище главе ГДМ сэру Демису Хассабису.
Основные требования протестовавших включали борьбу с потерей рабочих мест, распространением дипфейков, использованием автономного оружия и загрязнением интернета информационным шлаком. Кроме того, участники шествия указывали на специфические угрозы, такие как инфразвуковое излучение дата-центров, вызывающее паранойю у жителей окрестных домов, и невозможность поиска достоверных академических источников ввиду засилья нейросетевых текстов.
Как пояснил директор британского отделения ПЭА аспирант Оксфордского университета Джозеф Миллер, его исследования механистической интерпретируемости больших языковых моделей свидетельствуют о потенциальной потере контроля над технологией. По его словам, катастрофические последствия ожидают мир даже без появления сверхразума — достаточно доверить ИИ управление ядерным арсеналом. Эти опасения подкрепляются недавними попытками Пентагона обязать разработчиков, прежде всего ИИ-гиганта «Антропик», предоставлять свои модели для военных целей.
Заместитель директора ПЭА Матильда да Руи вообще охарактеризовала компьютерный разум как последнюю проблему человечества, решение которой определит, выживет ли вид как таковой.
Политическая программа устроителей «Марша против машин» включала требование к правительству премьера Кира Стармера создать и финансировать независимые гражданские ассамблеи по вопросам ИИ, решения которых должны стать обязательными для исполнения. При этом манифестанты апеллировали к статистике: 84% британцев опасаются приоритета интересов инновационных корпораций над общественными нуждами при государственном регулировании.
Обращаясь к толпе сторонников, руководитель ПЭА Максим Фурнес, проработавший в техноиндустрии 12 лет, отметил: одной из целей анти-ИИ движения является защита информаторов и снижение привлекательности работы в техносфере для талантливых специалистов, что должно замедлить технологическую гонку.
Параллельно с маршем в Лондоне по всей стране прошли акции приверженцев платформы «Остановите грязные дата-центры», обличающей экологические последствия цифровизации. По сведениям агентства «Рейтер», около 140 строящихся комплексов обработки данных запросили подключение к британской электросети на общую мощность 50 ГВт. Этот показатель превышает пиковое потребление всей электроэнергии туманного Альбиона, составляющее 45 ГВт. Активисты убеждены: бесконтрольное расширение серверных ферм угрожает энергетической стабильности королевства.
Кстати, интересно проследить рост популярности ПЭА — глобального политического движения, основанного в Нидерландах в мае 2023 года. Создатели организации поставили своей целью достичь всемирной координации и затормозить развитие мощных систем ИИ, по крайней мере до тех пор, пока не будет известно, как строить их безопасно и держать в демократической узде. Изначально у анти-ИИ-структуры была лишь горстка сторонников. Так, три года назад, 24 мая, когда в Университетском колледже Лондона выступал гендиректор ОЭА Сэм Альтман, у входа топтались два-три его ярых оппонента. В ноябре того же года куда больше поклонников ПЭА протестовали во время международной конференции по безопасности и регулированию ИИ — стартовому саммиту по вопросам внедрения нейросетей, проходившему в особняке Блетчли-парк в британском городе Милтон-Кинс. В мае 2024-го акции ПЭА прокатились по 13 странам перед техносъездом в Сеуле — но везде речь шла о десятках участников. В 2025-м состоялись первые голодовки активистов у офисов ИИ-компаний в британской столице и американском Сан-Франциско. И наконец, нынешний марш в Лондоне установил рекорд, собрав сотни противников цифрового ума.
